[loginform form='sign']
Информационный портал о рассеянном склерозе
  • Промежуточный итог, или – Борьба и единство Жизни и Смерти

    Уже больше двадцати лет на полке над моим письменным столом стоит одна примечательная вещь. Даже не вещь, а простая, но очень выразительная композиция: кусок настоящей “лагерной” колючей проволоки, рядом с которым – то ли отталкиваясь от него, то ли – на неё опираясь, упрямо тянется вверх тоненькая берёзовая веточка.

    vetochka
    Автор фотографии: А. Попов

    Такие, знаете ли, Жизнь и Смерть, растущие из одного корня…

    Когда-то эта композиция была одним из символов советского диссидентского движения, потом она обрела более широкий смысл: “Нужно жить, расти, двигаться вперёд, несмотря на все препятствия, и даже используя сложные обстоятельства в качестве опоры”.

    Рассеянный склероз пришёл ко мне, с одной стороны, достаточно рано – в семнадцать лет, с другой – он не развивался чересчур стремительно, что позволило мне оглядеться, опомниться, а потом начать новую жизнь.

    К моменту прихода болезни мне казалось, что я уже достаточно точно представляю себе своё будущее. Многолетние упорные и увлечённые занятия биологией, многочисленные призовые места на олимпиадах различного ранга и уровня, рекомендация к поступлению в вуз соответствующего профиля, подписанная деканом Биофака МГУ Гусевым – всё было за то, что мой путь уже определён. Однако, когда учёба в школе уже близилась к завершению, два крутые поворота судьбы кардинально изменили всю ситуацию. Сначала, где-то за полгода до окончания школы, неожиданно выяснилось, что в список вступительных экзаменов на Биофак МГУ с этого года включена математика. Математики я не знал совершенно, к экзамену по этому предмету готов не был, поэтому дорога в университетскую аудиторию неожиданно оказалась для меня закрытой. После лихорадочных поисков я было решил поступать в Ветеринарную Академию имени Скрябина: конечно, не МГУ, но всё же – биологический профиль!
    Однако и в “Скрябинку” я не поступил: летом, накануне экзаменов в Академию, началось обострение РС, за неделю лишившее меня зрения на правый глаз, и отправившее меня вместо институтской аудитории сначала в одну, а потом – почти сразу – в другую больницу.

    Я был несколько обескуражен неожиданным поворотом событий, но довольно скоро место жизненного призвания оказалось занятым совершенно другим моим увлечением – литературным творчеством, и вообще – работой со словом. Через несколько лет (эти годы я проработал на заводе, решив пойти туда в противоход тому, что мне рекомендовали врачи) я легко поступил на филфак МГПИ, но переоценил свои силы и доучиться не смог: уход в академический отпуск, новая безуспешная попытка учёбы, обострение, потом – ещё одно…
    Череда обострений, вкупе с политическими переменами начала 90-х, в конце концов, вынудили меня уйти из института.

    Однако, всё в жизни было уже определено: я запоем писал стихи, в качестве внештатного автора работал в разных изданиях, и в одном из них – в еженедельнике “Садовое кольцо” в течение двух месяцев печатался мой цикл статей, много позже легший в основу моей книги “Один на один с болезнью”.
    Простите мне столь развёрнутый экскурс в прошлое, но сейчас это понадобилось сделать потому, что наступивший год для меня – особенный, требующий подведения промежуточных итогов. Дело в том, что в апреле этого года мне исполняется целых пятьдесят лет (?!), из которых тридцать три года я провёл рука об руку с РС. То есть, упомянутая в самом начале веточка с колючей проволокой – это в какой-то степени и про меня тоже.

    Сейчас, вспоминая о том пути, на котором я должен был оказаться, я чувствую, что в конечном итоге судьба, повернув меня в другом направлении, в конечном итоге оказалась права.
    Моя книжка выходила тремя изданиями, общим тиражом в 12000 экземпляров, стихи публиковались во множестве периодических изданий, и не только в России, но и в Украине, Чехии, США. Трижды я был номинирован на литературную премию “Поэт Года”; Лауреатом пока не стал, но ведь и жизнь ещё продолжается! Я писал киносценарии: несколько документальных фильмов были по ним сняты, а два сценария игровых полнометражных фильмов сейчас (я пишу эти строки в марте 2017 г.) находятся на рассмотрении у продюсеров.

    Конечно, мой РС никуда не делся, и проблем он мне, и моим близким доставляет порой порядочно. Но тот, уже давний разворот в сторону литературы не позволяет жизни попасть в критическую зависимость от диагноза. Ведь писать и сочинять можно почти в любом состоянии, было бы только желание.

    Так что, подводя этот неокончательный, но всё же – итог, могу сказать: с тем, что у меня возник рассеянный склероз, мне ужасно не повезло, зато – вполне себе повезло в жизни!

    NPS-RU-NP-00153